Бабушка мне много историй рассказывала из своего детства и молодости. Трудная судьба была у тех, кто рождался в деревнях, да еще и в послевоенные годы. Когда бабушка появилась на свет, в 1942 году, то бомбежка началась и в суматохе ее забыли в доме, все ринулись прятаться в подвал. Но старший брат, рискуя жизнью, все же выскочил и забрал малютку... Хотя мать бабушкина кричала, чтоб он оставил ее. И вообще рожать не хотела, какие-то применяла народные средства, но все же родила, не удалось ей избавиться от плода. Время было военное, муж вскорости после зачатия ребенка, погиб... Она осталась уже дважды вдовой (первый муж погиб во время гражданской войны (вернее, пропал без вести, ждала прабабушка мужа три года, вкалывая у свекрови дома, а потом домой вернулась)), второй - во время ВОВ), ей было уже сорок пять лет, семь детей погибли в голод, выжил только один, после этого она родила еще одного мальчика, а во время бомбежки и нежеланного ребенка, дочь. Но нежеланные дети мучаются всю жизнь. Их то болезни одолевают, то еще что-то...
Все мои знакомые, кого родители рожать не хотели, в итоге оказывались самыми добрыми, самыми отзывчивыми и самыми надежными детьми, но страдали от разных болезней, бед и проблем. Неужели, нежелание матери иметь ребенка может так тяжело сказываться на судьбах детей??? Наверное, да.
Прабабушка, звали ее Устья (полное имя - Устинья), вышла замуж в 19 лет, прожила с мужем пару недель, и забрали его на гражданскую войну. Осталась она со свекровью и девятью братьями мужа: хлопотала по хозяйству, готовила, ткала ночами... в общем, прошло так три года. Муж ее стал числиться без вести (значит, убит был...) Потом родители забрали Устью, через какое-то время встретила она Павло, вышла замуж за него, вырыли они землянку и жили там, со временем построили сами хату, обзавелись скотом, пахали каждый день поле, жить-то надо было. Рожала Устья в поле, а муж, когда узнавал, что жена под стогом рожает, покрикивал:"Вот приспичило-то ей, тут скорее урожай надо молотить!" Таким образом на свет появилось восемь детей. И что интересно, после родов никакие ледяные полторашки не прикладывали к животу, сразу же парили в бане. Никаких осложнений и проблем после этого не возникало.
Потом началась коллективизация, забрали всё у людей, живущих в деревне, увели у моей прабабушки корову, отобрали запасы зерна. В общем, подчистую всё забрали. И в 1933-м году начался голод. Он был создан искусственно. Когда людям, живущим в городе Москве, например, говорили о том, что в деревнях Кубани и Украины мрут от голода, никто не верил. Это преступление было создано для деревенского населения. Но зачем? Забрали даже узелки с семенами, которые предназначались для посева. А что такое деревня? Это жизнь за счет земли, за счет посева, своего хозяйства. Других источников питания у людей не было. И это все забрали ироды, можно фашистами назвать последователей продразверстки и коллективизации. Впоследствии выяснилось, что все конфискованное отправляли за границу (продавали), некоторые товарищи набивали себе карманы деньгами за счет смертей других людей.
Во время голода у прабабушки погибли семь детей. Так жалко было слушать, когда бабушка об этом рассказывала (а истории эти она услышала от своей матери Устьи). Один мальчик, которому было тринадцать лет умер, держа в руках сушеное яблочко, он нашел его под деревом, но уже не было у него сил съесть... Вся деревня медленно умирала... Устья тоже опухла от голода, не могла двигаться, у нее в длинных черных волосах завелись вши, а у нее не было сил даже скинуть их с волос. Она полулежа наблюдала, как они снуют по волосам, упавшим на глаза, бегают туда и сюда. Спас Устью ее муж. Он был в коммуне, туда согнали всех и заставляли работать просто так, ради "светлого будущего" (вот уж, действительно страна "Обитаемого острова"). Там эти люди и жили, получали пайку в виде еды. Павло был сапожником. Когда ему кто-то сказал, что все дети умерли, остался только один Михаил, и жена уже скоро отдаст Богу душу, тогда Павло пришел, собрал умерших детей по огороду, похоронил, стал "лечить" Устью: давал ей по чайной ложечке еды, по капельке, постепенно повышая дозу. Так Устья и выжила.
Потом родила она еще Леньку, а во время ВОВ появилась на свет и Шурка (в деревнях тогда это было очень распространенным именем). Павло погиб на войне... Потом ушел на войну и Мишка. А когда ехал в деревню, отвоевав, дополнительно еще отслужив до 1947 года, то был очень удивлен, когда узнал, что снова наступил голод. Но этот голод, который был после войны с немцами, не был таким суровым и жестоким, как голод 33-го года, вызванный своими же соотечественниками. Даже враг был более милосерден, чем партия.
Шурка и Ленька росли, получали от матери по первое число даже за малейшую провинность... Бедные дети. Мишка женился, привел свою Машу в дом. Маша оказалась той еще стервой, она изводила добрую и доверчивую Шуру, словно мачеха, и все угрожала, что доведет ее мать Устью до могилы, а потом Шурку и Леньку прогонит. Шура боялась, тайком плакала, жалея мать. А сама вынянчила всех четверых детей Машки, они выросли у Шуры на руках, почти не зная своей скандальной матери.
Шурка хотела учиться, она ходила в школу за пять километров от дома, причем пешком. А ночами, сидя у лучины, читала книги. Устья была недовольна, она считала, что главнее всего - это работа в поле, помощь матери, хозяйство, Шура трудилась, таскала на спине мешки с силосом, доила коров, пасла и так далее. Хоть Шура все успевала, но все равно Устья считала, что школа ей не нужна. Закончила Шура семь классов и пошла работать, чтобы зарабатывать деньги. К тому моменту мать совсем уже старая стала. А какая работа? Да, в поле, да еще доярками. Кем еще работать в деревне в те времена? Это в фильмах показывают романтику, а на деле было ох как сложно. По бабушкиным рассказам можно составить картину сложного деревенского детства тех времен.
Потом уже бабушка Шура доучилась в вечерней школе, закончила техникум и стала бухгалтером (причем хорошим специалистом). Но все это было после замужества. Всю жизнь Шурка трудилась, не разгибая спины, как все дети тех времен. Тем семьям, у которых отцы вернулись с войны, было легче, а в таких семьях, как у моей бабушки, в которых кормильца не было, весь груз по зарабатыванию пропитания ложился на плечи матерей, а дети выполняли дома всю работу матери и отца вместе взятых.
Все равно о своем детстве и молодости деревенские люди отзываются с любовью и добром. Их юность связана с танцами под гармошку после тяжелого трудового дня, начинающегося с пяти утра. Их юность связана с песнями, с забавными случаями, с первой любовью... Ведь жили же как-то люди, не смотря на все проблемы и передряги. И даже не знали, как выглядят деньги. А чего нам тогда жаловаться-то? Кризис - это не голод 33-го года. Выживем.
